Рощица как-то незаметно перешла во вполне солидный лес. Топорик спросил:

— Серега, я эти просеки никак запомнить не могу. Подскажешь?

— Справа, через километр примерно — наша, — охотно сообщил Сергей. — Все остальные — по фигу.

Проскочив два въезда в лес, Топорик по команде свернул в третий.

— Ох, и грязюка тут! — вздохнул водитель. — Не засядем, Ляпунов?

— Нет, — мотнул головой Сергей. — Должны проехать!

Внедорожные свойства самурайского авто, в общем, сработали. Конечно, после путешествия по размытой дождями просеке его уже трудно было назвать «кремовым». Ухрюкавшись в этих хлябях, джип приобрел цвет гораздо менее аппетитный и теперь чем-то напоминал упитанного, но жутко чумазого борова, выкупавшегося в навозной жиже.

В общем, примерно через полчаса «Ниссан-Патрол» со своим экипажем, попетляв по нескольким извилистым просекам, выкатил к заросшему травой и кустами, давным-давно заброшенному небольшому, местного значения известняковому карьеру.

На дне карьера, куда джип съехал по достаточно сухой и твердой гравийной дорожке, располагалось несколько почерневших от времени вагончиков-балков и некое приземистое дощатое сооружение с толевой крышей, разумеется, давно прохудившейся. Однако именно к этому зданию и подрулил «Ниссан-Патрол».

— Взяли! — приказал Сергей, как только джип остановился. Эта команда касалась похищенного гражданина, которого быстренько подхватили за руки, за ноги и вытащили из машины. В переноске была задействована все та же парочка, сам Ляпунов и еще один парень, сидевший в салоне «Ниссана». Водитель Топорик остался в кабине, должно быть, на стреме.